4498583_dsc_0304Самое раннее упоминание о заливной бочке в письменных источниках Древней Руси содержится в «Первой новгородской летописи по Синодальному списку», относящейся к 1204 году: «А бочек гвозды вынимаша, и видеше воду текущу». О размерах наливных бочек стало возможно судить благодаря археологическим раскопкам древнего Новгорода. По клепкам было уставлено, что самые большие бочки имели емкость до 45 ведер. Среди находок была также сохранившаяся целиком десятиведерная дубовая бочка (диаметр 470 мм, высота 750 мм). Ее размеры, пропорции и емкость были близки к стандартным. Стандартные бочки были особенно удобны при торговых сделках: так называемая пивная бочка всегда держала ровно 10 ведер жидкости, а сороковая, или мерная, — 40 ведер. Само название последней бочки красноречиво говорит об ее основном назначении.

На Руси было распространено изготовление различных напитков, особенно кваса и меда (медовухи). Если квас употреблялся чуть ли не ежедневно, то остальные — мед, пиво и вино — только по большим праздникам. Готовили хмельные напитки к крупным семейным торжествам. В старинной свадебной песне, которую пели когда-то на тульской земле, есть такие слова:

Наварил, я матушка,
Девять бочек полпива,
Десятую вина…

Если для хранения и перевозки напитковиспользовались исключительно бочки, то при их изготовлении нельзя было обойтись без другой бондарной посуды: чанов, ушатов и ведер. В старинных деловых книгах содержится опись инвентаря отдельных небольших квасоварен в которых имелось «10 чанов, 7 ушатов, I2 бочек…», «12 больших бражных чанов, 10 ушатов, 20 ведер…»

 

 

Англичане, побывавшие в XVI веке в Троице-Сергиевой лавре под Москвой, писали, что видели там бочки «неизмеримой величины: некоторые имеют по три и больше аршина в высоту и два и более аршина в диаметре; каждая бочка содержит от б до 7 т; в погребах нет бочки собственного их изделия, которая содержала бы меньше тонны; в монастыре девять или десять подвалов, наполненных такими бочками; бочки эти редко сдвигаются с места, у них есть трубы, проходящие сквозь своды подвалов и различные места, по ним-то они и льют питья вниз, подставляя бочку под трубой для приема напитков; было бы очень трудно стаскивать бочки вниз по лестницам».

Для производства различных напитков требовалось много воды. Ее поднимали из глубокого колодца в большой прочной бочке. Очевидец, побывавший в середине XVI века в Троице-Сергиевой лавре, писал: «Потом повели нас к удивительной монастырской цистерне: это очень глубокий колодец, при нем большое колесо…, двое мужчин, войдя в него, переступают по его поперечным доскам…, а оно быстро вертится. На колесе намотаны весьма толстые веревки, которыми вытягивается с одной стороны очень большая бочка по наполнению ее водой, заменяющая ведро. Другие двое людей опорожняют ее в желоб, идущий к кухне, где варят мед, пиво и иные напитки».

Чтобы следить за исправностью старой бондарной посуды, а также изготовлять новую, при лавре работала специальная бондарная мастерская.

Именно в XVI веке искусство изготовления больших бондарных сосудов достигло в Европе наивысшего расцвета. Так, по специальному заказу епископа из немецкого города Магдебурга была сделана винная бочка, имевшая емкость 133000л (1ЗЗт!). Чтобы бока гигантской бочки не разорвало от многотонного груза, ее укрепили горизонтально на специальной подставке с мощными распорками.